По правде говоря - Екатерина Риз

- Я сам почитаю, - сказал он мне за завтраком, - потом задам вопросы.

- Хорошо, - согласилась я. Замолчала, украдкой наблюдая за тем, как Андрей ест. Завтракал и поглядывал на экран телевизора, слушал новости. – Андрюш, - осторожно позвала я, в один момент решившись на разговор на тему, которая меня с момента пробуждения всерьёз беспокоила.

Он перевёл взгляд на моё лицо. Вопросительно приподнял бровь, давая понять, что внимательно слушает. Я осторожно перевела дыхание.

- Завтра мой отпуск заканчивается, - произнесла я. – Мне нужно выходить на работу.

Андрей тут же непонимающе нахмурился.

- Мы же с тобой об этом говорили, - проговорил он. – Насколько помню.

- Ты попросил меня остаться, - напомнила я ему. – И я осталась. Что мы будем делать дальше, когда мой отпуск закончится, мы не обсуждали.

- А что тут обсуждать?

Я чувствовала по тону Андрея, что он включает упрямство, которое совсем скоро потянет за собой недовольство. Но взять и замолчать, ничего не выяснив, я не могла.

- Например, то, что я трудоустроена официально. И меня завтра на работе будут ждать.

- Я всё устрою, - сказал он.

- Что ты устроишь? – не поняла я.

- Всё, что ты хочешь. – Андрей допил кофе. – Хочешь уволиться? Тебя уволят. Кстати, это был бы лучший выход. И не смотри на меня так. Но если тебе будет спокойнее, давай продлим тебе отпуск.

- Кто мне его продлит? – удивилась я. – Если только я возьму за свой счёт…

- Вот и возьми за свой счёт. Вика, ты создаёшь проблему на ровном месте. Я же тебе говорю, я всё устрою так, как ты хочешь. Чтобы ты была спокойна.

Я замолчала. Андрей вернулся взглядом к экрану телевизора, а я продолжала смотреть на него. Я не привыкла, чтобы проблемы решались так легко, всего одним словом. Причём, не моим.

Больше я ничего говорить не стала, мы позавтракали, я убрала со стола, Андрей говорил с кем-то по телефону, обсуждая планы на рабочий день, а я мыла посуду. Задумалась, если честно, не услышала, как он подошёл и обнял меня. Шепнул мне ухо:

- Вика.

- Что?

- Ты расстроена?

- Нет.

- Тогда в чём дело?

- Никак не могу осознать, что живу в незнакомых для себя обстоятельствах. – Я выключила воду, вытерла руки о полотенце, а Андрей развернул меня к себе лицом. Спросил:

- Ты хочешь уехать?

- Нет.

- Тогда что?

- Андрюш, я сорвалась с места даже не в один день, а в один момент. С минимум вещей, собираясь вернуться через несколько дней. А, в итоге, понимаю, что не вернусь в родной город долго. У меня там родители, друзья, работа, в конце концов… Я не понимаю, что со всем этим делать.

- Если тебя это сильно беспокоит, давай съездим на следующих выходных. Навестим твоего отца… кого-нибудь ещё навестим. Заодно решим вопросы, которые тебя так сильно беспокоят. Заберем твои вещи. Идет?

Мне очень хотелось сказать ему: «Идёт», с облегчением выдохнуть и жить дальше спокойно, рядом с любимым мужчиной, который так запросто решает мои проблемы. Но если бы всё было так просто. Если бы не фамилия Андрея, не его семья, не мнение моих родителей о наших с ним отношениях, такое предсказуемое и такое сокрушительное. Но я всё-таки согласно кивнула, избавляя Андрея от лишних вопросов ко мне в данный момент.

Конечно, мне необходимо было выговориться, все свои тревоги на кого-нибудь обрушить. Естественно, выбор пал на Жанку. За последние годы мы настолько привыкли с ней делиться радостями и печалями, встречаться ежедневно, обсуждать всё до мельчайших деталей, что, уехав от подруги далеко, мы без конца перезванивались или переписывались. Вот и сегодня я при первой возможности, оставшись одна в кабинете, который мне выделили для работы на производстве, я набрала её номер. Пересказала утренний разговор с Андреем. Жанка выслушала, знакомо хмыкнула, а затем заявила:

- Не выдумывай, оставайся с ним.

- Я и не сбегаю. Но надо же что-то сказать родителям. Что я им скажу, что уехала жить неизвестно с кем? Да и отец, точно, всё поймет. Догадается.

- Вик, но ведь Андрей не имеет к той истории никакого отношения. Ты сама говорила.

- Я так думаю.

- Может, тебе и нужно думать так дальше? Куда легче жить будет.

Я помолчала, постукивала ручкой по столу, Жанна этого слышать не могла, а я нервничала.

- И что ты предлагаешь? – в конце концов, задала я самый сложный вопрос, на который у меня самой никак не находилось ответа. – Притвориться, что ничего не было? Что не было Ксюши, не случалось её исчезновения, и наше с Андреем знакомство произошло случайно?

- Оно и произошло случайно, Вика. Можно сказать, что судьба. Так зачем от неё отворачиваться?

- Но родителям я это вряд ли объясню. – Я вздохнула. – К тому же, я не совсем понимаю, зачем он хочет оставить меня в Москве. Мы знакомы всего ничего. Никаких разговоров о серьёзных отношениях, у нас не было. Никаких планов мы не строим. Ему просто-напросто удобно, что я сейчас рядом. Он мной, как щитом прикрывается. У меня, по крайней мере, такое впечатление.

- Но ты его любишь?

- Жанна!..

- Хорошо, не будем произносить громких, страшных слов. Но ты же влюбилась.

- Влюбилась, - призналась я. – Но это ничего не значит.

- Откуда ты знаешь? Возьми и спроси.

- И ты веришь, что он скажет мне правду? Признается в ответ в любви, и мы будем жить долго и счастливо? До самой старости?

- А кто знает? – хмыкнула Жанка. – А вдруг?

- А вдруг, - повторила я за ней эхом. И зачем-то спросила: - Как там Вовка?

- Откуда я знаю? Он со мной не разговаривает. Я – враг номер один. Подосланный тобой шпион.

- А общее впечатление?

- Нервный и недовольный. А как ты хотела? Единственный источник дохода из его дома ушёл. Причём, он сам его и изгнал. Мне кажется, он жалеет.

- Да?

- Не тебя, дура, а твою зарплату. Ему её очень не хватает.

- Ты злая, - укорила я.

- Я знаю. Серега мне об этом постоянно говорит.

За разговором, я поднялась из-за стола, чтобы немного размяться и подошла к окну. Выглянула во двор, куда выходили окна моего кабинета. Внизу асфальт, ни одного деревца, ни кустика, лишь маленькая клумба с хилыми петуньями у дверей в офис. Но внимание моё привлекли не они. Неожиданно для себя я увидела Анаисию. Она вышла из дверей цеха готовой продукции, аккуратно переступила высокий порог ворот и обернулась. Разговаривала с кем-то. Интуиция мне подсказала, что беседует она с Романом Артуровичем. Его я видеть не могла, он оставался внутри цеха, но Аня стояла и стояла у дверей, что-то говорила, а временами кивала, соглашаясь с невидимым для меня собеседником. Выглядела она настроенной весьма серьёзной, и меня кольнуло беспокойство.